Вкус и аппетит ребёнка формируются в утробе матери

«Ложку - за маму, ложку - за папу...» - многие родители именно так кормят своих чад. Они искренне не понимают, почему дети морщатся при виде почти любой полезной еды

Отчего фрукты и ягоды для них - кислятина, а овощи - просто гадость? Почему они отказываются от мяса и рыбы в пользу сосисок и сарделек? И почему они так любят всё сладкое и чтобы его было много-много? А между тем медикам ответы на эти вопросы известны. И мамам они могут не понравиться. По­этому впечатлительных женщин далее просим не читать.

Наркоеда

Учёные уже опровергли теорию, что всё полезное невкусно, а вредное - пальчики оближешь. Вкус и аппетит ребёнка формируются в основном ещё до рождения и зависят от того, чем питалась его мать во время беременности. Только на днях австралийские учёные опубликовали данные о том, что сладкие и жирные продукты в питании будущих матерей особым образом влияют на мозг плода. Они так программируют «систему наслаждения» ребёнка, что он потом предпочитает именно такую еду. И, чтобы насытиться, ему надо будет больше сладкого и жирного.

Основу «системы наслаждения» образуют так называемые опиоидные и допаминовые рецепторы. Если вы чувствуете удовольствие, эти рецепторы у вас активированы эндорфинами, допамином и другими внутренними «наркотиками», которые вырабатывает наш мозг в ответ на разные воздей­ствия. Удовольствие от еды и чувство сытости тоже запускают их синтез. Но когда рецепторы бывают «тупыми», нужно больше «наркотиков», а для этого надо больше съесть сладкого и жирного. Именно такие малочувствительные рецепторы и формируются у детей, если их мать во время беременности любила сладости, фастфуд и прочий съедобный «мусор».

«Изменить сложившиеся вкусы потом очень тяжело, - говорит Михаил Богомолов, врач-психо­эндокринолог, президент Российской диабетической ассоциации. - Легче поменять веро­исповедание, чем пищевые привычки! Особенно это трудно у мужчин. Обычно они переходят на правильное питание только под страхом смерти - после того как «гром грянул»: после инсульта, инфаркта или другой тяжёлой болезни».

Подобных исследований уже немало. Кроме избыточного количества жира и сахара в питании такое же перепрограммирование «системы наслаждения» во время беременности вызывают ещё недоедание и недостаток белка. Это доказано опытами на грызунах и крупных животных. По­следнее неслучайно: программированием развития плода много занимаются в сельском хозяйстве, а некоторые подобные технологии даже используют на практике.

Учёные не сомневаются, что все эти закономерности справедливы и для рода человече­ского, но проводить точно такие же исследования на людях никто бы не разрешил. Ведь подобный рацион для беременной женщины - это заведомое нанесение вреда её ребёнку. Да и изучать потом у него работу опиоидной системы такими же методами, как у животных, нельзя. Поэтому с людьми проводят только ограниченные исследования: смотрят, как едят и развиваются дети, чьи матери питались во время беременности по-разному. И пока всё сходится: дети, которых ещё в утробе кормили сладким и жирным, любят съедобный «мусор». К тому же они полнее, у них выше риск диабета и сердечно-сосудистых болезней.

Химпищепром

«Мусором» на Западе называют промышленные продукты, в которых мало натурального (в первую очередь белков) и много добавленных жиров, углеводов и пищевых добавок. В переводе на русский это почти всё, что продаётся в наших магазинах, прилавки просто завалены «мусором». Это любые готовые продукты (а не только кондитерка и сладости), полуфабрикаты, колбасы и даже грудинка, окорока и прочее кусковое мясо, которое нашпиговано всевозможными добавками. Кажется, что пищепром программирует будущих детей, чтобы они стали «мусорными» наркоманами: у родителей часто просто нет выбора - можно обойти все полки гипермаркетов и не найти натурального продукта. «Мусора» становится всё больше: торговля пищевыми добавками с индексом «Е» и без него - самый быстрорастущий бизнес в последние годы в нашей стране.

Почему же власти не остановят этой вакханалии? Во-первых, большую часть нашей еды производят транснациональные корпорации, они правят не только нашим рынком, но и мировым. С той лишь разницей, что у нас «мусора» больше и он грязнее. Российские компании играют по этим правилам, чтобы выдержать конкуренцию: пищевая химия гораздо дешевле натурального продукта. А во-вторых, система контроля за продуктами уст­роена по правилам, выгодным производителям, а не нам, потребителям. У тех всегда есть в запасе «аргумент»: мол, вред от их продукции здоровью людей ещё клинически не доказан (попробуй его докажи!), и так может продолжаться долго.